Евгений Шкаруба о яхтах, кузнице и о себе

Кузнец, художник, шкипер, капитан яхты. Его «Джульетта» за пять лет прошла вокруг света. Пробежала по всем океанам, обогнула все континенты, побывала у берегов шести десятков стран.

Когда на Оби возникло море

Я из Новосибирска. Папа — архитектор, мама — строитель. Работала в институте. Папа занимался яхтингом, и мне, наверно, было лет восемь, когда он меня привёл в Новосибирский яхт-клуб. Так я и занялся яхтингом.

Под Новосибирском большое водохранилище, его ещё называют Обским морем, километров в сто длиной и десять шириной. Но архангельские всё равно говорят — на реке, я это понимаю.

Занимался спортом, ходил на разных гоночных лодочках, например, на «финнах», в то время это был олимпийский класс. До армии занимался довольно плотно. Детство на яхтах — это здорово! Мы дневали и ночевали в яхт-клубе, жили там.

А создали яхт-клуб четыре человека. Когда у нас на Оби море возникло, они первыми сказали, что будет яхт-клуб. Папа был среди них. Правила установили серьёзные. Мы и вахты стояли. Сегодня, мне кажется, что сами взрослые играли в какую-то игру. И тот особый мир, когда и взрослые чем-то увлечены, и дети рядом. И младшие все видят, усваивают, участвуют. Не могу сказать, что нами много занимались.

В Новосибирске учился в художественной школе. А когда закончил десятилетку, ушёл в армию.

Железо всё стерпит, но корни надо осмыслить

После армии я занялся кузницей. Не знаю, что меня потянуло к кузнечному делу, может, в журнале каком прочитал что-то, и захотелось стать кузнецом. Папа у меня из деревни под Новосибирском, он мне помог устроиться там на работу. Жил полгода зимой, работал в сельской кузнице. Научился разным приёмам.

Работа тяжёлая. Нужно ковать какие-то скобы, рессоры, и вот куёшь их целый день. Но мне это было интересно.

Взяли подмастерьем, молотобойцем. За полгода я основные приёмы освоил, научился. Ничего особо сложного нет. И начал работать в Новосибирске. У отца была небольшая практика, пошли заказы, изделия ручной ковки стали тогда весьма модными. А мастеров художественной ковки тогда были единицы.

Современная художественная ковка освоена. Но хотелось знать что-то исконное, основы. Железо всё стерпит, но корни-то ремесла надо осмыслить. У каждого материала есть свои декоративные свойства.

Приехал на Соловки и понял, что там остаюсь

Начал я ездить в Балашиху, на ежегодный конкурс кузнецов. Интересно, мужики здоровые, бородатые. Днём куём, вечерами с ними застольничаем. И как-то подходит ко мне одна женщина, и говорит: «А хотите поехать на Соловки? На месяц-другой. Есть работёнка — поколоть дрова в Соловецком музее». Музей на печном отоплении. Карантинная пограничная зона. Комнату дадут.
Я захотел. Но о Соловках представления практически никакого. В «Огоньке»,вроде, была какая-то публикация о башне со стороны Святого озера. Красиво.

В феврале мне выслали пропуск, приглашение и я приехал на Соловки. И как только я приехал на Соловки, понял, что там остаюсь. Сначала дрова колол. Потом снова кузнечным делом занялся. А еще руководил там центром современного искусства.

В кузнице на Соловках.

На Соловках своё, особенно зимой, когда каждый новый человек сразу выделяется. Но там есть какая-то краесветность. Есть «Гравюра Фламмариона». На ней человек в средневековой одежде пилигрима с посохом в руке. Он добрался до края Земли и сквозь занавес небесного свода рассматривает устройство Вселенной.

Так вот,у меня впечатление, что краесветные жители – это соловчане. Я там прожил три года. Приехал в 1989, а уехал в 1992 или 93-м.

Не бизнес, а клубный проект

Вернулся я в яхтинг из-за бизнеса. Была у нас с друзьями затея, перегонять из Америки старые яхты и здесь их продавать. Чтобы получить международный диплом, пошёл учиться, а в итоге меня пригласили работать инструктором. Стал обучать людей, как ходить на парусной яхте. Работал в Московской яхтенной школе, ходили, в основном, по Средиземному морю. Мне присылали человек шесть курсантов, и за две недели я должен был им дать понять, что такое море, и научить ходить под парусом, соблюдать правила и так далее. С тех пор этим и занимаюсь.

А в 2009 году, один из моих курсантов предложил купить для этого специальную яхту. Так появилась «Джульетта».Ей сейчас десять лет. И пошли по морям. На ней я и в кругосветку ходил.
Обычно я разбиваю маршрут, придумываю своё большое путешествие, вдоль Европы, к примеру, в Гренландию. Высчитываю время, разбиваю на этапы, объявляю. И когда приезжают люди, максимум шесть человек, из точки А в точку Б мы идём вместе. Приезжают люди, которые никогда в море не были. Мне их нужно научить, мне им нужно объяснить. А часто приходят те, кто со мной уже много раз хаживал. У нас атмосфера хорошая.

Получился даже не бизнес, а клубный проект.

На «Джульетте» в гавани Нью-Йорка

Я здесь благодаря жене-архангелогородке

По свету меня поносило… Но, в конце концов, благодаря жене-архангелогородке, приехал в Архангельск, и здесь остался.

Никогда не думал, что буду жить в Архангельске. А когда это житьё началось, понял, что мне этот город очень подходит. Море рядом. Я не оставляю преподавания яхтенного дела.

Если вы нашли ошибку, опечатку или неточность, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.



Вы можете поддержать проект, приняв участие в пожертвованиях на необходимое для работы редакции оборудование! Сегодня мы собираем деньги на стедикам для проведения онлайн-трансляций, стоимостью 9 990 рублей. На 16 мая собрано 8 449,45 ₽. Спасибо всем, кто поддерживает наше агентство!


Понравилась статья? Оставьте отзыв в комментариях. Присоединяйтесь к нам в ВКонтакте и Telegram, читайте в Яндекс.Дзэн и Facebook, подписывайтесь в Twitter!

Похожие

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: