Озеро «чёрных лебедей» российской экономики грозит выйти из берегов – Северные Новости

Озеро «чёрных лебедей» российской экономики грозит выйти из берегов

Озеро «чёрных лебедей» российской экономики грозит выйти из берегов

Экономика государства Российского переживает нелёгкие времена. Впрочем, а когда они в России были комфортными для предпринимателей? Коронавирус обнажил существующие проблемы и создал новые. Насколько наша страна, наша Архангельская область сегодня готовы к этим, как модно говорить, «вызовам»?

С Верой Владимировной Степановой, доктором экономических наук, профессором кафедры государственного и муниципального управления Высшей школы экономики, управления и права САФУ им. М.В. Ломоносова, мы беседовали дистанционно. Всё в соответствии с указами. Но разговор от этого получился не менее содержательным. Надеемся, что и читателям «Северных новостей» будет интересно мнение эксперта о действиях власти в условиях кризиса… Острого… кризиса.

Остальные пусть выживают сами

— Вера Владимировна, недавно в программе «Познер» министр экономразвития Максим Решетников исключил вероятность дефолта в России, подобного тому, что был в 1998 году. Насколько заявление министра обосновано?

— Такое заявление достаточно правильное, так как причины ситуации в 1998 году были совсем другими. Тогда, по сути, в финансовой сфере государства работал механизм «пирамиды ГКО», которая неизбежно должна была рухнуть, как, впрочем, и любая пирамида («МММ» и подобные…). Сейчас в денежно-кредитной сфере политика государства достаточно взвешенная, и такой лихой долговой экспансии в виде пирамиды давно уже НЕ БЫЛО. Наоборот, всё последнее время резервы создавались, и они пока есть: и Фонд национального благосостояния у Минфина, и золото-валютные резервы у ЦБ РФ.

Однако, большого оптимизма не должно быть. Сегодняшний кризис начался на фоне причин, имеющих источник происхождения вне общественно-политической и экономической сфер. Поэтому рецептов борьбы с ним еще не создано.

— Президент и министры правительства России заявляют, что предпринимателям необходимо помочь, чтобы «у них осталось желание делать бизнес». Нынешние шаги правительства можно назвать такой помощью?

— Пока только условно, так как шаги правительства во многом бессистемны. По большому счету, задачу по спасению всего предпринимательского сообщества власть перед собой и не ставит. Пока можно считать, что есть задача – спасти лишь отдельные и вполне конкретные бизнесы. Остальные пусть выживают сами. Именно поэтому все виды деятельности начали разделять на «системообразующие» и нет…

Пандемия – это катализатор

— Как вы считаете, экономический кризис в России — это часть циклического общемирового кризиса или он спровоцирован внутренними проблемами? Коронавирусная пандемия — это причина или катализатор?

— Настоящий кризис не циклический, он структурный, основа его – необходимость цифровой трансформации всей экономической системы. В нашей стране он будет более глубоким, чем в развитых странах (США и Западной Европе), так как мы в большей степени были просто ресурсодобывающей страной.

Коронавирусная пандемия – это катализатор данного кризиса, – это новая реальность, которая потребует от общества кардинально пересмотреть свои ценности. Пандемия напомнила человечеству о его изначально биологическом происхождении. Одним из уже заметных плюсов этой пандемии стало улучшение экологической ситуации, фиксируется очищение атмосферы… Влияние же этой пандемии в полном объеме еще предстоит долго осмысливать человечеству.

— Пригодится ли опыт борьбы с предыдущими кризисами ныне или всё же нас ничто ничему не учит?

— Думаю, что не более, чем опыт борьбы с татаро-монгольским игом пригодился бы в современных войнах. Про кризисную ситуацию в России могла бы сказать так – слишком много «черных лебедей»* в одном месте и в одно время…


*«Чёрный лебедь» — теория, рассматривающая труднопрогнозируемые и редкие события, которые имеют значительные последствия. Автор теории — Нассим Николас Талеб, который в своей книге «Чёрный лебедь. Под знаком непредсказуемости» (2007 г.) ввёл термин «события типа „чёрный лебедь“» (англ. TBS, The Black Swan).


На их месте родятся новые

— На заседании правительства 16 апреля премьер-министр РФ Михаил Мишустин заявил, что прямую финансовую поддержку от государства получат более 500 тысяч предприятий малого и среднего бизнеса, в которых работают более 3 миллионов человек. Насколько эта цифра охватывает сегмент предприятий малого и среднего бизнеса?

— По данным ФНС сегодня в России 5,98 миллионов субъектов малого и среднего предпринимательства, в т.ч. 2,56 миллиона юридических лиц и 3,42 миллиона индивидуальных предпринимателей. Среднесписочная численность занятых (наемных работников) у них 15,25 миллионов человек, и это только официально.
При этом, по различным экспертным оценкам, теневая занятость в некоторых сегментах МСП доходит до 60% и более. Поэтому, 500 тысяч предприятий и 3 миллиона работников – это «капля в море». Думаю, что логика правительства здесь такая – «поможем хоть кому-либо, остальные сами выживут или на их месте новые возродятся…»

— Около половины, 46 процентов по данных некоторых опросов, предприятий малого и среднего бизнеса России прекратили полностью свою работу. А как вы оцениваете процент таких предприятий в Архангельской области?

— Думаю, что это даже очень осторожные оценки. В первые две недели «вынужденных выходных», по нашим оценкам фактически рухнуло от четверти до трети субъектов микро- и малого бизнеса. И это была только первая волна, (среднего же бизнеса в Архангельской области всего – 77 предприятий и 10 индивидуальных предпринимателей).

Нужно дать деньги не только бизнесу, но и людям

— А насколько перечень пострадавших отраслей отражает действительное число пострадавших от коронавируса бизнесов?

— Перечень взят «с потолка», по принципу «кто первый и громче всех закричал, кого первого увидели, тот и попал в список…». В действительности же, наиболее пострадавшими либо уже стали, либо в скором времени будут отрасли с высокими показателями эластичности спроса и бета-коэффициентом.

Вопрос – если спрос упал в ноль, то что? Авиакомпании, туризм – понятно, рестораны и кафе – дальше… А еще дальше – ЧТО? Но кто и когда в России, за исключением не в меру любопытных ученых, строил такие модели и делал подобные оценки не в качестве умственных упражнений, а для реального практического применения при принятии управленческих решений в экономике на государственном уровне? Нужно поддержать спрос, для этого нужно дать деньги и не только бизнесу, но и людям. А этого пока нет…

Новому врио потребуется политическая воля

— Удаётся ли в Архангельской области удержаться от сокращения сотрудников? Насколько эта мера эффективна для предприятия? Могут ли быть предприняты какие-то действия со стороны органов власти, чтобы удержать предпринимателей от сокращения штатов, и предприняты ли они?

— В Архангельской области в течение последних лет и так наблюдалась устойчивая тенденция снижения численности занятых в малом и среднем бизнесе. Нынешняя ситуация лишь кратно ускорила этот процесс. У власти, по крайней мере, региональной (о муниципальной даже нечего и говорить), сегодня нет ни ресурсов, ни эффективных инструментов для того, чтобы хоть как-то замедлить эти процессы, не говоря уже о том, чтобы их остановить.

Новому врио губернатора Александру Цыбульскому придётся проявить политическую волю, чтобы хоть как-то начать исправлять ситуацию, при этом многое будет зависеть от того, какую помощь мы будем получать от федерального центра…

Освободите бизнес от себя

— Насколько объявленные снижение ставки УСН с шести до четырёх процентов, налога по патенту до 1 рубля, и арендных платежей за госимущество, а планируется ещё и такое же снижение за муниципальное, помогут бизнесу пережить кризис?

— Пример: Предприниматель, имеющий выручку 1 миллион рублей в месяц и применяющий УСН (доходы, 6%), платил с них налог в размере 60 тысяч рублей. Выручка упала на 90% (а это сегодня объективная реальность в сферах услуг, транспорта, общепита, некоторых секторах розничной торговли и так далее). Теперь при выручке в 100 тысяч рублей он будет платить 4%, то есть 4 тысячи рублей вместо 6 тысяч рублей – при 6%. Но эта разница в 2 тысячи рублей его спасет?

Учитывая то, что доля «патентных» предпринимателей сегодня находится в пределах ошибки округления, налог в 1 рубль – простой популизм. Единственно правильным решением государства могло бы стать лишь полное освобождение сохраняемого малого бизнеса (только настоящего, а не искусственно «дроблёного») от всех видов налогов на определенный период, вменив ему роль социального буфера, поддержки занятости, дохода и так далее.

— Существуют ли, на ваш взгляд, более действенные экономические меры помощи бизнесу в данной ситуации?

— Сегодня государство и де-факто, и де-юре должно отказаться от политики государственного капитализма, признав средний класс, прежде всего, предпринимательское сообщество, полноправным участником всех общественно значимых процессов.

Единственно реальный шаг, который может быть сделан со стороны государства – заключение со всем бизнес-сообществом некоего общественного договора, пакта о невмешательстве в предпринимательскую сферу. Нечто подобное прописано в пункте 27 Плана первоочередных мероприятий по обеспечению устойчивого развития экономики и социальной стабильности в Архангельской области на 2020 год в условиях ухудшения ситуации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-2019) – «Контроль приостановления до 31 декабря 2020 года назначения проверок…» Однако, как конкретно это прописано – этого недостаточно.

Пока оценивать нечего

— Как вы можете оценить доступность объявленных президентом и врио губернатора Архангельской области мер поддержки? Можно ли ожидать, что финансовые организации оперативно будут откликаться на указания власти?

— Пока, по большому счету, оценивать почти нечего, ведь перечисления выплат будут только с 18 мая. Все остаётся на уровне деклараций, а как это будет реально, пока трудно прогнозировать. Что касается финансовых институтов, то они, не увидев пока ясных ориентиров, просто замерли в ожидании и не торопятся активизироваться.

— Насколько оправдано возобновление работы ряда предприятий в условиях продолжающейся пандемии? Не приведёт ли такой шаг к обратным последствиям? Будет ли наплыв клиентов в условиях самоизоляции обеспечивать окупаемость бизнеса?

— Затрудняюсь ответить. Думаю, решения об открытии-закрытии тех или иных предприятий принимаются чисто из каких то не совсем понятных и экономически оправданных соображений, возможно, чтобы локально снять социальное напряжение. При этом, такие решения никак не согласуются с противоэпидемиологическими мероприятиями, не опережают, а, наоборот, отстают от них. Кроме того, такие решения то принимаются, то вновь отменяются…

Спросите предпринимателя, чем ему помочь

— Что реально, на ваш взгляд, может помочь бизнесу сегодня?

— Первое, еще раз повторю, не мешайте бизнесу. Второе, спросите сам бизнес, кому и чем помочь, локально, даже точечно можно сказать…

— Экономика центра и экономика окраины, такой как Архангельская область, что более уязвимо в нынешней ситуации? Регион рухнет окончательно? Или… наоборот… расцветет?

— Образно можно сказать, что экономика центра – это «экономика пылесоса». Чем выше напряжение, тем сильнее всасывает в себя все вокруг, и ресурсы и беды. Однако, не всё так однозначно, кому-то будут помогать, но КОМУ?

Может быть, наличие предприятий ОСК как-то окажет влияние на устойчивость Архангельской области, может другой какой фактор сыграет… Должен быть «полюс притяжения внимания». Что им может стать? Новый назначенный врио губернатора? Наличие Северного (Арктического) федерального университета как центра инноваций и центра подготовки кадров? Геополитическое значение «ворот в Арктику»? Все может быть…

Если вы нашли ошибку, опечатку или неточность, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: